logik_logik (logik_logik) wrote,
logik_logik
logik_logik

Встреча под пальмами

Оригинал взят у vikond65 в Встреча под пальмами

La_entrevista

Сразу после падения форта Курузу парагвайцы начали спешно возводить в трех километрах к северу новые укрепления, получившие название линии Курупаити. Эта позиция была очень удачной, поскольку одним флангом она упиралась в реку Парагвай, а другой прикрывала широкая лагуна Мендес, за которой простирались обширные топкие болота, делавшие невозможным обход с фланга.
Под руководством полковника Джорджа Томпсона и австрийца Франца Моргенштерна всего за две недели был сооружен мощный рубеж обороны, состоявший из трехметрового земляного вала с почти отвесным внешним скатом и примыкавшего к нему рва глубиной два метра. Дно рва было утыкано заостренными кольями, а перед ним устроены засеки. На широком гребне вала сделали укрепленный бревнами бруствер для стрелков и артиллерийские площадки. На них с равными промежутками установили 52 орудия разных калибров, доставленных из Умаиты, а за валом отрыли цепочку блиндажей.
Примерно в сотне метров перед рвом выкопали передовую траншею для стрелков с нарезными дальнобойными ружьями, которые должны были обстреливать вражеских солдат на подходе, а потом быстро отойти за вал.
Длина вала составляла более двух километров, из которых лишь относительно узкий прилегающий к реке участок имел перед собой открытое поле, а на остальном протяжении дополнительную защиту обеспечивала лагуна Мендес. Укрепления строили примерно 5000 солдат, которым и предстояло их защищать под командованием полковника Хосе Эдвиго Диаса.
Тем временем войска коалиции получили значительное пополнение. В захваченный форт Курузу прибыли на транспортных судах девять тысяч аргентинских солдат. Таким образом, численность союзной армии на этом участке фронта достигла 17 тысяч человек, а аргентинский контингент стал в ней преобладающим.
Зная из разведсводок, что парагвайская армия в Курупаити примерно втрое меньше, союзники запланировали в ближайшее время решительным прямым ударом при огневой поддержке флота прорвать “линию Диаса”.
Но перед этим произошло неожиданное. 10 сентября 1866 года в союзный лагерь Туюти прибыл парламентер от Лопеса с личным посланием президенту Митре, в котором парагвайский диктатор предложил встретиться на нейтральной территории для переговоров о мире. Удивленный Митре тотчас же сообщил об этом уругвайскому президенту Флоресу и командующему бразильскими войсками генералу Жордао Полидоро да Фонсека.

Полидоро заявил, что он прибыл в Парагвай, чтобы воевать, а не вести с врагом переговоры, но Флорес заинтересовался предложением. “По крайней мере, мы узнаем, чего хочет Лопес и на что он ради мира готов пойти”. Выяснив мнения союзников, Митре согласился на рандеву. В ответном письме он предложил встретиться в 9 часов утра следующего дня в пальмовой роще на Ятаити Кора.
В назначенный час три президента и генерал прискакали в сопровождении небольших эскортов на встречу, которая могла изменить ход истории Южной Америки. Все были в военной форме, однако Лопес поверх мундира накинул пончо, так как маршальское обмундирование ему еще не сшили, а вести переговоры в полковничьем он счел ниже своего достоинства.
Переговоры начались довольно скандально. Полидоро, несмотря на то, что он все-таки приехал, отказался даже приблизиться к Лопесу и приветствовать его в соответствии с этикетом. Он остановил коня примерно в пятнадцати метрах от парагвайского лидера и далее все время маячил на этой дистанции, как бы демонстрируя свою непричастность к происходящему.
А Флоресу сразу было заявлено, что, поскольку в президентское кресло его посадили бразильские интервенты, говорить с ним не о чем. От этих, в общем-то, справедливых слов уругваец пришел в ярость. Едва сдержавшись, чтобы не ответить грубостью, он хлестнул коня и отъехал в сторону, присоединившись к Полидоро. Лопес и Митре остались наедине. Очевидно, этого Лопес и добивался, в оскорбительной форме отшив Флореса.
Поскольку маршал не вел дневников и не дожил до мемуаров, о содержании дальнейшей беседы с глазу на глаз мы знаем только из воспоминаний Бартоломео Митре. Неизвестно, насколько им можно доверять, но, так как других источников нет, придется излагать ход разговора по ним. Прогуливаясь среди деревьев, два президента оживленно беседовали более часа, так и не присев на подвезенные для них стулья. Лопес изо всех сил пытался убедить аргентинского президента в том, что врагом Парагвая является только Бразилия, а его конфликт с Аргентиной – трагическое недоразумение, которое надо немедленно прекратить. Митре возражал, что он связан Буэнос-Айресским договором, запрещавшим ему заключать сепаратный мир, а нарушение взятых на себя обязательств он считает бесчестьем и никак не может на это пойти.
Тогда Лопес спросил – на каких условиях союзники согласились бы остановить войну и вывести войска. Узнав, что главным условием является его отставка и высылка из страны, Лопес резко ответил, что это требование невыполнимо. Он скорее умрет, чем отдаст власть, которой его удостоил парагвайский народ.
Митре сказал, что он не вправе делать какие-то иные предложения или идти на уступки в этом вопросе, который четко и недвусмысленно прописан в договоре тройственного альянса. После долгой паузы Лопес произнес, что, если так, то продолжение переговоров не имеет смысла. Митре не оставалось ничего иного, кроме как согласиться. Уговаривать собеседника принять ультиматум он не стал, поняв, что это бесполезно. На прощание Лопес угостил Митре сигарой, от которой тот не отказался. Пожав друг другу руки, президенты разъехались. Митре, Флорес, Полидоро и сопровождавшие их кавалеристы ускакали в Туюти, а Лопес с эскортом – в его новый полевой лагерь Пасо Пуку, разбитый а апельсиновом саду на холме к юго-востоку от Умаиты.      
Можно только гадать, о чем думал парагвайский диктатор, приглашая аргентинского президента на переговоры. Вряд ли он был настолько наивен, чтобы всерьез надеяться, что после больших жертв и немалых успехов, а главное – после недавней победы в Курузу Митре поддастся на его увещевания и выйдет из войны, разорвав союзный договор. Тем более, что Лопес ничего не предложил взамен, да и не мог предложить.
Некоторые историки предполагают, что маршал хотел лишь оттянуть время, чтобы его солдаты успели достроить линию Курупаити. Но в таком случае непонятно, почему он так быстро прервал диалог, а не попросил дать ему срок на обдумывание ультиматума. Как бы там ни было, а после встречи в Ятаити Кора всем стало ясно, что для Лопеса власть дороже жизней его сограждан и что за нее он будет драться до последнего парагвайца. Война вновь вступила в свои права и продолжалась еще три с половиной года.
На заставке - рисунок неизвестного аргентинского художника конца XIX века, изображающий переговоры Митре с Лопесом. Ниже - парагвайский рисунок середины ХХ века с тем же сюжетом. В умении рисовать его автор явно проигрывал аргентинцу.

image (10)

mitre
Участники встречи в Ятаити Кора 11 сентября 1866 года. Слева направо: Президент Аргентины Бартоломео Митре, президент Уругвая Венасио Флорес, бразильский генерал Жордао Полидора да Фонсека и президент Парагвая Франсиско Солано Лопес.




</div>
Subscribe
promo logik_logik march 15, 2020 17:37 267
Buy for 20 tokens
Всем день добрый! Мне надоел бездушный, душный ГОРОД. Мне давит грудь тройной стеклопакет. Уехать бы с палаткой на природу, но чтоб санузел был и ИНТЕРНЕТ.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments