logik_logik (logik_logik) wrote,
logik_logik
logik_logik

Дело Безумного Бомбера

Оригинал взят у dobizha в Дело Безумного Бомбера


Я думаю, многим памятна история Теда Качински, Унабомбера, рассылавшего свои взрывные устройства университетским ученым, тем, кто, по мнению бомбиста, являлся сторонником индустриального общества и двигателем прогресса. Но, конечно же, он был не первым серийным бомбистом-одиночкой, прославившимся на этом поприще. Первый Унабомбер, которого называли «Mad Bomber», появился много ранее, в 1940-х, но настоящие взрывы прогремели в 1950-е.

Параллели в действиях двух бомбистов просматриваются очень четко — они не только писали письма и манифесты в полицию, но даже их имена были созвучны.

Начало

На первую бомбу, изготовленную из латунной трубки, заполненной порохом, и оставленную на подоконнике офиса компании Эдисона «Power Consolidated Edison» мало кто обратил внимание. Осмотрев снаряд, полицейские решили, что это чья-то неудачная шутка или пустая угроза. На эти выводы их натолкнула не только примитивная конструкция взрывного устройства, но и записка, в которую оно было завернуто. В послании говорилось: «Con Edison — это для вас». Подписано оно было двумя буквами «FP». Следователи решили, что, оставивший бомбу, не планировал взрыв, иначе его записка была бы уничтожена, и ее никто не смог прочесть.

В сентябре 1941 г. обнаружили вторую бомбу с похожим механизмом. Она лежала на улице в пяти кварталах от той же компании Эдисона. В этот раз записки не было, но следователи установили, что устройство бомбы безнадежно и она никогда не взорвалась бы.

В декабре 1941 г., вскоре после того как Соединенные Штаты вступили в войну, в полицию пришло письмо, с вырезанными из газет буквами.



В нем говорилось, что, повинуясь патриотическим чувствам, бомбист не будет больше оставлять бомбы, но позже приведет «Con Edison» к правосудию и они заплатят за свои подлые поступки.

Казалось бы, что после этого послания полиция получила в руки не ниточку, а целый канат, способный привести их к преступнику, но им не воспользовались. Возможно, потому что бомбист еще не успел взорвать свое устройство, но скорее всего, потому что началась война, и о нем попросту забыли.

Взрывы в Нью-Йорке

Верный своему слову, бомбер не проявил себя в военные годы. Но он несколько раз напоминал о себе, отправляя письма и открытки в полицию, прессу, частным лицам и энергетическую компанию. В 1951 г. прозвучали первые взрывы.

С 1951 г. Нью-Йорк оказался в осаде. «Mad Bomber», как окрестила его пресса, размещал свои устройства в общественных местах, рассчитывая на наибольшее поражение. В период затишья на время войны, Безумный Бомбер отточил свое мастерство, и теперь большинство его зарядов взрывались.

В марте 1951 г. взорвалась бомба в урне на Центральном вокзале. В апреле взорвалась бомба в телефонной будке неподалеку от нью-йоркской публичной библиотеки. В августе снова взрыв на Центральном вокзале. И опять сработало взрывное устройство в телефонной будке. Во всех случаях обошлось без жертв. В том же году взрывы прозвучали в главном офисе компании Эдисона и ее филиале на Уайт-Плейнс в Нью-Йорке.

22 октября 1951 г. В газету «New York Herald Tribune» пришло письмо подрывника, написанное карандашом печатными буквами. Подпись «FP». В нем он сообщил, что взрывы будут продолжаться до тех пор, пока компания Con Edison не ответит за «богомерзкие дела против меня». Так же он заявил, что исчерпал другие средства, и его бомбы взывают к правосудию.

На протяжении последующих лет взрывы продолжались. У бомбера выработался собственный стиль. Часто он помещал заряд в носок и прикреплял его к полке в телефонной будке. Размещал бомбы в унитазах мужских туалетов. Первые жертвы появились именно после этих взрывов.



С 1953 г. к привычным местам бомбера добавились кинотеатры и другие места массового скопления людей. В 1955 преступник заминировал метро в Бруклине.

Бомбер устраивал взрывы на Центральном вокзале пять раз, столько же на станции Пенсильвания, трижды в Радио Сити Мюзик Холле, дважды в Нью-Йоркской публичной библиотеке, станции Орган автобусного терминала, здании Рокфеллер-Центра, а также метро Нью-Йорка.

2 декабря 1956 г. произошел взрыв бруклинском театре Парамаунт, расчитанном на 1500 мест. Пострадало 6 человек. Это событие переполнило чашу терпения всех: граждан, полиции, СМИ. На следующий день комиссар Стивен П. Кеннеди встретился с командирами всех подразделений полиции Нью-Йорка. Он назвал бомбиста величайшим охотником на людей в истории города и поручил направить усилия всех подразделений полиции на его поимку.

27 декабря 1956 г. благотворительной ассоциацией Patrolmen была обещана выплата вознаграждения в размере $ 26 000 за «голову» Безумного Бомбера.

Несколько дней спустя в очередном послании Безумный Бомбер с насмешкой сообщил, что бомба в театре Парамаунт была заложена им за несколько месяцев до взрыва. Это привело следователей полиции в шок — сколько еще неразорвавшихся бомб разбросано по городу? Позднее, по данным следствия, стало известно, что всего бомбистом было заложено 33 бомбы, из которых 22 взорвались, покалечив 15 человек.

Профиль

Несмотря на то, что после первых взрывов в 1951 г. газеты и полиция получали письма от взрывника, в которых недвусмысленно высказывалась его ненависть к энергетической компании Эдисона, следствием на протяжении нескольких лет не удавалось проследить связь с взрывами ни одного сотрудника, действительного или уволенного в прошлом.

Прорыв в деле Безумного Бомбера произошел после того как было принято решение привлечь к расследованию психолога и криминалиста доктора Джеймса Бруссела. Он взялся составить психологический портрет преступника. Это был, пожалуй, первый случай профессионального профайлинга, который не только принес результат, но и оказался необычайно точным.



Как и большинство жителей Нью-Йорка, доктор Бруссел читал о взрывах в газетах и, будучи криминальным психологом, уже строил предположения о мотивах преступника. Но ситуация изменилась, когда его офис посетил его друг инспектор нью-йоркской полиции Финни. Позднее Бруссел вспоминал, что сомневался в своей полезности, он полагал, что ему вряд ли удастся добавить что-либо к наработкам полиции. Но, ознакомившись с материалами дела, он убедился, что у следствия нет ничего, кроме примерного технического описания устройств взрывника.

Выводы доктора Бруссела и полиции совпали только в двух позициях: взрывник был мужчиной и имел зуб на энергетическую компанию. В остальном Бруссел дал следствию ценные предположения.

Бомбер был параноиком и считал, что компания Эдисона плетет против него заговор. Возраст — около 50. Пик паранойи приходится на 35 лет, а преступник действовал уже на протяжении 16 лет. Аккуратен, опрятен, тщательно планирующий свои действия, чрезмерно чувствителен к критике.

Доктор Бруссел предположил, что бомбер был иностранцем или же долгое время проводил в их обществе. Он писал свои сообщения литературным «формальным» языком, лишенного современных оборотов или сленга. Он использовал фразы, которые звучали будто из романов викторианской эпохи. Чего стоит обвинение компании в «богомерзких делах». Кроме того, при написании названия компании он аккуратно использовал артикль, в то время как на протяжении многих лет жители Нью-Йорка не применяли его. Бруссел заключил, что бомбер получил среднее образование, но, вероятно, колледж он не оканчивал. Высокопарный язык и устройство бомб указывало на самообразование. Также он предположил, что бомбист был славянином и, вероятно, католиком. Проживал в Коннектикуте, но не в Нью-Йорке. Большинство писем отправлены из Вестчестера, расположенного между Коннектикутом и Нью-Йорком, а там проживает большая община из Центральной и Восточной Европы.

Сумасшедший бомбер страдал от эдипова комплекса. Как большинство таких людей, он проживал с родственницей или родственницами, но не матерью — она умерла, когда он был очень молод. Доктор Бруссел сделал такие выводы, основываясь на фаллической конструкции бомб и манере прятать их в разрезанных креслах кинотеатров. По мнению следствия это был самый надуманный и сомнительный вывод психиатра, но именно в нем он был уверен больше всего.

Ну а далее произошла хрестоматийная сцена предсказания, которая стала легендарной не только в кругах профессиональных профайлеров, но различных вариациях воспроизводилась во множестве фильмов и книг. Так о ней вспоминал сам Бруссел:

«— И вот еще что. — Я закрыл глаза, потому что не хотел наблюдать за их реакцией. Я видел Бомбиста: безупречно одетого, подчеркнуто аккуратного, с подобающими манерами. Человека, который не будет носить одежду в новом стиле, пока долгая привычка не сделает ее консервативной. Я видел его совершенно ясно — более отчетливо, чем факты, в реальности которых никто не сомневался. Я понимал, что слишком полагаюсь на воображение, но ничего не мог с собой поделать. — И вот еще что, — сказал я, оставаясь с плотно закрытыми глазами. — Когда вы его поймаете (а я не сомневаюсь, что вы это сделаете), на нем будет двубортный костюм.
— Боже! — прошептал один из детективов.
— И он будет застегнут на все пуговицы, — добавил я, открывая глаза. Финни и его спутники переглянулись.
— Двубортный костюм, — повторил за мной инспектор.
— Да.
— Застегнутый на все пуговицы.
— Да.
Он кивнул. Они ушли, не проронив ни слова».

Поимка

Следствие приняло во внимание выводы Бруссела, но доктор считал, что нужно пойти дальше и опубликовать описание предполагаемого преступника в прессе. После недолгого спора инспектор Финни согласился.

На следующий день после того как профиль был опубликован, по согласованию с полицией, в газете «New York Journal-American» было размещено обращение к преступнику с призывом сдаться и обещанием на справедливое судебное разбирательство и предложением публично рассказать о своих обидах.

Расчет Бруссела и полиции оправдался. На протяжении нескольких дней после публикации бомбист забрасывал газету письмами, некоторые из которых потом были опубликованы. В них он не только подробно описал места взрывов и устройство своих зарядов, но и рассказал такие детали биографии, после изучения которых, полиции стало окончательно ясно — искать преступника нужно среди бывших работников одного из филиалов энергетической компании.

В субботу, 19 января 1957 г., бомбер настолько увлекся заочным общением с прессой, что рассказал подробности своей биографии, которые не могли остаться без внимания следователей. Он упомянул, что получил серьезную травму на работе. Он жаловался, как ему пришлось лежать на холодном бетонном полу несколько часов, прежде чем его заметили. В результате, у него развилась пневмония, а потом и туберкулез. Он даже назвал дату своей травмы, 5 сентября 1931 г.

Это письмо было опубликовано во вторник, а в среду Безумный Бомбер был уже арестован.

В «Con Edison» были направлены несколько административных сотрудников полиции, которым поручили изучить работников компании в соответствии с полученным профилем и рассказом самого Безумного Бомбера. И хотя сделать это было непросто, так как в конце 20-х, начале 30-х годов это предприятие было образовано путем слияния нескольких мелких коммунальных предприятий, клерку полиции по имени Алиса Келли улыбнулась удача. Вооруженная профилем доктора Бруссела, она обратила внимание на файл Джорджа Метески из Уотербери, штат Коннектикут. Он работал на United Electric & Power Company, входившую в состав «Con Edison». Метески пострадал во время аварии, заболел туберкулезом и обвинил в этом свое предприятие. В нескольких гневных письмах он употребил уже известное полиции выражение «богомерзкие дела». Девушка принесла файлы Метески начальству со словами: «Я думаю, это может быть он».

21 января 1957 г. в двери дома № 17 по Четвертой улице в Уотербери постучались полицейские детективы. На пороге их встретил мужчина в пижаме. Он вежливо улыбнулся и сказал: «Я знаю, зачем вы здесь, ребята. Вы думаете, что я Безумный Бомбер». Один из полицейских сразу спросил его, что значат инициалы «FP» под его письмами. Метески, все также доброжелательно улыбаясь, сказал, что они значат Fair Play — честная игра.



Метески было приказано собираться, чтобы препроводить его в участок. Тот вышел в другую комнату и когда вернулся, все увидели, что на нем элегантный двубортный костюм — в точности, как описал в своем профиле доктор Бруссел.



Впоследствии всех поразило, насколько точным оказался профиль Бруссела. Он даже «угадал», что подозреваемый не женат и проживает с родственниками, но не с матерью. Метески жил вместе со своими незамужними сестрами.

Финал

Метески было предъявлено обвинение по 47 пунктам, среди которых покушение на убийство, нанесение ущерба зданию взрывом, а также нарушение антиоружейного Закона Салливана. Однако после того как пришло заключение психиатрической экспертизы, судья Сэмюел Лейбовиц заявил, что больной туберкулезом параноидальный шизофреник, «безнадежный и неизлечимый как психологически, так и физически» Метески не может отвечать за свои действия перед судом присяжных. И отправил его на принудительное лечение в психиатрическую клинику для душевнобольных преступников.

Ожидалось, что Метески не протянет долго из-за хронического туберкулеза, но после полуторагодичного лечения его состояние настолько улучшилось, что в газетной статье, написанной четырнадцать лет спустя, описывался 68-летний Метески как имеющий «энергичный и здоровый вид».

Несколько раз он подавал апелляции, основываясь на том, что на момент организации взрывов он был невменяем и не мог отвечать за свои поступки. Все они были отклонены.

Метески посещали сестры и доктор Бруссел. Ему Метески неоднократно говорил, что намеренно создавал бомбы, которые не могли никого убить.

В 1973 г. Верховный суд США постановил, что психически больной ответчик может быть выпущен на свободу в случае, если жюри сочтет его неопасным. Сначала он был переведен государственный психиатрический центр, который не входил в уголовно-исправительную систему, а 13 декабря 1973 г. он был выпущен на свободу при условии регулярного посещения психиатра недалеко от своего дома.



После освобождения Джордж Метески вернулся домой в Уотербери, где прожил еще 20 лет, и умер в возрасте 90 лет, в 1994 г.

После столь блестящего участия в расследовании дела Метески, карьера доктора Бруссела пошла в гору. В будущем его часто привлекали к делам полиции в качестве консультанта-психолога. Он участвовал в расследованиях по убийству Уайли, Карла Копполино Воскресного Бомбиста, а также профилировал знаменитого Бостонского Душителя. Дело Безумного Бомбера стало прорывом профайлинга. С тех пор он является неотъемлемой частью полицейской работы.

P.S. Первые взрывы Унабомбера — Теда Качински прозвучали через четыре года после освобождения Метески, в 1978-м...

http://en.wikipedia.org/wiki/George_Metesky
http://criminalminds.wikia.com/wiki/George_Metesky
http://aboutserialkillers.blogspot.com/2012/07/new-yorks-mad-bomber-george-metesky.html
http://theboweryboys.blogspot.com/2010/05/crazy-tale-of-mad-bomber-1950s-new-york.html
http://dingeengoete.blogspot.com/2012/03/george-metesky-new-yorks-mad-bomber.html
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo logik_logik march 15, 2020 17:37 267
Buy for 20 tokens
Всем день добрый! Мне надоел бездушный, душный ГОРОД. Мне давит грудь тройной стеклопакет. Уехать бы с палаткой на природу, но чтоб санузел был и ИНТЕРНЕТ.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments