logik_logik (logik_logik) wrote,
logik_logik
logik_logik

Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность

Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность

Алексей Маресьев родился 20 мая 1916 года в городе Камышине Саратовской губернии.


Мечта
«Трое братьев у меня старших, - рассказывает Алексей Петрович - Так вот они умные. А я, младший, в летчики пошёл. Причем, случилось это не благодаря, а вопреки. В детстве я был похож на китайца, потому, что годами болел малярией». С таким здоровьем, ни о каком летном училище не могло быть и речи. В 1934 году райком комсомола направляет его на строительство Комсомольска-на-Амуре. «Разгорячился я тогда, крепко разозлился. Не поеду, документы в МАИ отправил. А у них разговор короткий: Не поедешь? Клади на стол комсомольский билет... Ну, я и выложил. Мать у меня идейная была - плакала, когда узнала, причитала. Но все, к счастью, обошлось». Алексей успокоил мать и бросился в комсомольскую ячейку.

Сам Алексей Петрович Маресьев вспоминал: «Неизвестно, как бы сложилась моя жизнь, не отправься я все-таки на Дальний Восток. Когда перед отъездом я проходил медкомиссию, ко мне подошла женщина-врач и так по-матерински сказала: Алеша, ты, конечно, можешь не ехать. Но знай: если ты одной ногой ступишь на ту землю, все твои болезни пройдут. Я и подумал, что раз смогу выздороветь, то и летчиком стану. Так оно и получилось».
В Комсомольске-на-Амуре Алексей сначала работал рядовым лесорубом, затем токарем, по специальности; занимался в аэроклубе. В 1937 призван в РККА, в 12-ый авиапогранотряд на остров Сахалин. Затем направлен в Батайское авиационное училище имени А. Серова, которое закончил в 1940 году в звании младшего лейтенанта, и оставлен там инструктором. Там же, в Батайске, встретил войну.


Боевой путь Алексей Петрович Маресьева на Северо-Западном фронте

Войну А. П. Маресьев встречает в составе 296-го истребительного авиаполка. К этому времени он осваивает истребитель И-16. Первый боевой вылет совершил 23 августа 1941 года в районе Кривого Рога, а первый воздушный бой провел в районе Днепродзерджинска.
«Полетели на разведку звеном: А. Костыгов, Н. Демидов и А. Маресьев. В бою А.Маресьев бросился на выручку Н.Демидова, мессершмитты покинули поле боя».

Поздней осенью А. Маресьев направлен в город Куйбышев переучиваться на Як-1.
В начале 1942 года, уже в составе 580-го ИАП на Северо-Западном фронте. Здесь, в небе над Демянским котлом, Алексей записал на свой боевой счёт первый сбитый самолет - транспортник Ju-52. К концу марта 1942 года А. Маресьев увеличил счёт сбитых фашистских самолетов до четырёх (некоторые источники указывают на 6 побед, - возможно, с учетом групповых).

Весной 1942 года 580-й ИАП А. П. Маресьева базировался на аэродроме вблизи деревни Макарово и участвовал в известном в истории Великой Отечественной войны Демянском сражении.

Чтобы точно представить себе обстоятельства боевого пути героя, остановимся подробнее на Демянской операции. Демянск - маленький поселок в Новгородской области. Здесь с января 1942 года по февраль 1943 года происходили бои между 16-й немецкой армией (командующий генерал Э. Буш) и войсками Северо-Западного фронта (командовали генерал П. А. Курочкин, затем маршал С. К. Тимошенко). Битва за Демянск началась с проведения Демянской наступательной операции (7 января - 25 мая 1942 года). В ходе наступления войск Северо-Западного фронта (генерал П. А. Курочкин) в районе Демянска, 6 немецких дивизий общей численностью до 100 тысяч человек оказались в «котле». Окруженные подразделения не сдались и два месяца упорно оборонялись, снабжаясь по воздуху.

Это была одна из наиболее масштабных и успешных немецких воздушно-транспортных операций. Чтобы удержать оборону, окруженным немецким частям необходимо было непрерывное снабжение боеприпасами, продовольствием. Для этого требовалось ежесуточно доставлять в «котёл» не менее 300 тонн различных грузов. Немецким летчикам это удавалось.
Основные немецкие аэродромы «Псков - Южный Село», «Остров» и «Псков - Западный», аэродромы Риги и Двинска, аэродром «Дно». Условия базирования в самом «котле» были значительно хуже. В наличии имелось только две площадки - «Демянск» и «Пески». Причем, даже более крупный Демянский - не мог принять одновременно более 30 машин, а аэродром «Пески» более 10 машин. Сесть на эти полосы шириной всего 30 метров могли лишь самые опытные пилоты. Обе площадки могли использоваться только днем.

Из данных материалов, нам, исследующим этот вопрос с точки зрения боевого пути А. Маресьева, становится понятно, насколько опытными были немецкие летчики, с которыми пришлось сражаться нашему герою.

Конец марта - начало апреля 1942 года характеризуется контрнаступлением окруженных фашистов. С целью освободить окружённые дивизии немецкие войска начали наступление из района юго-западнее Старой Руссы. В это время советская авиация ещё не могла обеспечить господство в воздухе: современных самолетов не хватало. О том, насколько важно для немцев было Демянское сражение, говорит тот факт, что кроме обычных наград, немецкие военнослужащие, участвовавшие в демянской и холмской эпопеях, награждались специальными памятными знаками - нарукавными щитами - «Холмский щит» и «Демянский щит».

Ко времени своего трагического вылета А. Маресьев уничтожил 4 вражеских самолета, и все они сбиты в Демянском котле. После проведенного исследования, можно сделать вывод, что А. Маресьев был лётчиком-асом, и количество сбитых им самолетов (потери немцев за весь период - 262 самолета) подтверждает данный вывод. Сам А. П. Маресьев так оценивает мастерство немецких летчиков: «Их мастерство очень высокое. Они воевали не слабее, чем мы».

4 апреля 1942 года А. П. Маресьев встретился с превосходящими силами противника и не смог спастись - его самолет был подбит. Мы выяснили, что в немецких сводках существует следующая информация: 4 апреля 1942 года оберлейтенант В.Брауэр командир 9-й эскадрильи 3-й истребительной эскадры Люфтваффе на Bf-109F-4 сбил советского лётчика. Предположительно, именно он сбил Як-1 580-го ИАП, который пилотировал А. Маресьев.

Як-1 Алексея Петровича разбился при аварийной посадке. При падении летчику раздробило ноги, и он 18 суток полз к своим по заснеженному лесу.

«В начале апреля 1942 года,- вспоминал Алексей Петрович, - в воздушном бою под Демянском фашисты подбили мой самолет, и он стремительно пошел вниз. Деревья несколько смягчили удар о землю. Выброшенный из машины, я упал в сугроб и потерял сознание. Спустя некоторое время леденящий холод заставил меня очнуться. Кругом белым-бело, полное безлюдье. Лес точно застыл от мороза. Я понял, что нахожусь в тылу врага (не знал тогда, что фронт находился рядом). Первая же попытка встать на ноги заставила меня вскрикнуть от боли: обе ступни были разбиты. Это был тяжелый момент, но я решил пробиваться на восток к своим. Этот путь продолжался восемнадцать дней и ночей. Несмотря на голод, начавшуюся гангрену твердая мысль: Не сдаваться! - не оставляла меня. Когда силы мои почти иссякли, я стал перекатываться со спины на живот и снова на спину; когда кончились кое-какие пищевые запасы, питался весенней клюквой, нередко мхом. Часто кричал, звал на помощь».

Мы провели сравнительный анализ реальных событий и литературной интерпретации Бориса Полевого...


Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность

В произведении Бориса Полевого лётчик очутился в тылу врага. Мы провели исследование и выяснили, где же проходила линия фронта. Оказалось, что в этих местах проходила она чуть западнее Плава, в 15-20 км от деревни. Таким образом, летчику не пришлось пересекать линию фронта.

Изменил писатель и судьбу деревни, якобы сожженной оккупантами, после чего все её жители ушли в лес, где и жили в землянках на дальней вырубке. В деревне, на протяжении всей войны существовала советская власть. Люди не жили в землянках и последней курицы Партизаночки, которую сварили для летчика, не было. Также, А. П. Маресьев не мог проползать наши позиции с убитыми бойцами и медсестрой. Ничего такого в Чёрном лесу (местное название) не было. А. П. Маресьев на тот момент, летал не на И-16 как описано в книге, а на истребителе Як-1.

Внимание наше приковано к обстоятельствам жизни Маресьева, когда он, раненный, без пищи, проявляя беспримерную волю и мужество, сумел выбраться из глухого заснеженного леса. Сведений на этот счет крайне мало, большинство (из тех, кто читал книгу) уверено в правдивости событий по «Повести о настоящем человеке» Б. Полевого.
Мы выяснили, что повесть Б. Полевой написал по записям своего «Дневника боевых вылетов 3-й эскадрильи» содержащую рассказ 27-летнего командира звена этой эскадрильи А. П. Маресьева, летающего на истребителе после ампутации обеих ног.

Остановимся на временных сроках пребывания Маресьева в лесу. В «Повести о настоящем человеке», написанной в основном с его же слов, говорится о событиях, происходивших в течение 11 суток, после которых, как отмечает Б. Полевой, летчик «счёт времени потерял». Этот же срок 11 суток - был зафиксирован и в некоторых более поздних публикациях. Если же обратиться к изданному в 2000-м году биографическому справочнику Российского комитета ветеранов войны и военной службы, в котором тогда работал сам А. Маресьев, то в нём опять-таки констатируется его «18-суточная отчаянная схватка с самой смертью». Писатель реальной цифры (18 дней) не исключает, просто, как бы отодвигает ее на второй план, а на первом - немыслимая мука героя и мужество ее преодоления.

Мы попытались разобраться, кто же нашел советского летчика. По книге, на лётчика наткнулись двое подростков собиравших хворост. Затем они, вместе с дедом Михайлой перевезли раненого в дом на санях. В реальной жизни Алексею Петровичу действительно пришлось ползти 18 суток к своим. И уже совсем обессиленный, он выполз на перекресток двух лесных дорог. Одна из них вела из деревни Плав к лесному озеру, а вторая в деревню Рабежа. Проблема заключалась в том, что воспоминания нашедших А. П. Маресьева очень противоречивы.

По словам жены А. Вихрова - Александры Петровны записанным в 2005 году история обнаружения А. П. Маресьева сильно отличается от книжной версии: «В это время из Рабежи в Плав шел местный житель. Летчика он не видел, так как Маресьев уже даже сесть не мог, сил не хватало. Он лежал в сугробе, но идущего мужика увидел и окликнул. Местный, увидев человека в военной форме, испугался и убежал. Прибежав в Плав, он нашел деда Михайлу и сказал, что в лесу какой-то человек в форме в снегу затаился. Дед Михайла стал спрашивать, чья форма на военном, но, не добившись ничего внятного, пошел пешком к указанному месту и увидев человека в советской форме спросил летчика кто он и откуда.

Алексей Петрович ответил, что его сбили, что он советский летчик и у него сломаны обе ноги. Дед Михайла потребовал вынуть пистолет из кобуры и кинуть в сторону. Летчик это сделал. Затем дед Михайла подошел, проверил документы и сказал, что сходит за лошадью с санями, чтобы отвезти летчика в деревню. Перед тем как пойти за лошадью, он сделал из елового лапника настил и уложил летчика на него. Забрав в деревне сани, дед Михайла взял в подмогу двоих - Сергея Малина и своего сына Александра. Втроем они погрузили летчика на сани, укутали в тулуп и привезли в деревню».

Сергей Малин и Александр Вихров, (будущий муж Александры Петровны) выведены в повести Б.Полевого под именами «Серенька» и «рыженький Федька». Это были, однако, не подростки, как окрестил их в своей повести Борис Полевой. В статьях газеты «Валдай» мы обнаружили, что Сергей в это время был бригадиром в местном колхозе, он же отвечал за охрану деревни и окружающей ее местности, осенью ему предстояло идти в армию. Александр Вихров уже участвовал к тому времени в обороне Новгорода, был дважды ранен. Раненного летчика приютил Михаил Алексеевич Вихров, колхозный конюх («дед Михайла»). То есть мы видим, что в жизни все было гораздо драматичнее, чем в книге.

Следующее воспоминание, найденное нами, отличается от рассказа Александры Петровны. Сергей Петрович Малин, непосредственный участник событий осенью 1978 года рассказал:

«Из всего, что написано в известной книге Полевого о встрече в лесу с летчиком Маресьевым, о том, какой она была, и что за ней последовало, правдой является одно: она действительно имела место приблизительно в пяти километрах от нашей деревни. Мы с Сашей, решив проверить ходившие по деревне слухи, пошли к тому месту, где кто-то из наших односельчан слышал человеческих голос. Было в тот день не по-весеннему холодно. Да и опасно вглубь леса идти - от наших-то мест не так уж далеко было до фронта. Пошли, однако. Нашли мы летчика в беспомощном состоянии, он лежал на снегу почти рядом с дорогой и лесной вырубкой. Был сильно исхудавший, еле говорил, не мог самостоятельно передвигаться. Убедившись, что мы - свои, советские и что немцев здесь нет, летчик объяснил, кто он такой, передал нам свои документы, планшетку, табельное оружие и попросил помочь добраться до деревни.

Помню, мы перенесли его поближе к дороге, Саша остался, а я сбегал за подводой. По дороге в деревню летчик все время тихо стонал, а мы, видя, в каком состоянии oн находится, старались не беспокоить eгo своими расспросами».
Мы выяснили, что первым, кто наткнулся на летчика, и о ком рассказывала Александра Петровна Вихрова, «был дед Матвеич из соседней деревушки Кувшины, который и рассказал «о чужом в лесу» М. А. Вихрову». Становится понятно, что именно семья Вихровых была инициатором поисков лётчика, в этой семье он и оставался около двух суток.

Летчика хотели поместить в самой большой избе, но хозяева отказались. Они боялись, что найденный - шпион. Тогда, А. П. Маресьева расположила в своей маленькой избе семья Вихровых. Здесь он находился не шесть дней, как у Б.Полевого, а всего два дня. М. А. Вихров с женой и дочкой окружили заботой раненого летчика, ведь известно, что русское милосердие не знает ни страха, ни границ.

О том, что происходило в то время, вспоминает дочь М. А. Вихрова Ольга:
«Привезли летчика из леса страшно худого с опухшими и обмороженными ногами. Одежда на нем была вся завшивлена. Отец мой, растопил баньку, и туда потом отнесли на одеяле летчика. Там его раздели, унты пришлось разрезать, помыли и переодели в чистое белье. Из бани в дом отец перенес его на спине: справился сам, так как после стольких дней голодания летчик весил «как пушинка». Положили его возле окон на широкие деревянные полати, хорошо укутали, дали крепкого чая с медом. Ему стало легче. А он меня почему-то звал Варей. Мне же в ту пору исполнилось уже 25 лет, жила со мной трёхлетняя дочка, муж воевал на фронте.

Запомнилось, что лётчик все время просил, есть, но кормила я его понемногу - боялась, как-бы ни случился заворот кишок. Одежду его мы пропарили в печке, чтобы уничтожить вшей, потом я её выстирала, высушила и прогладила. На второй день, когда она была готова, мы его переодели. Больные ноги смазывали гусиным салом. Отец съездил в ближайшую воинскую часть - это 17 километров от нас - в деревню Русские Новики и сообщил, что в лесу нашли живого нашего летчика. Оттуда вскоре за ним приехали военные. Алексей Петрович, правда, не хотел уезжать, но, судя по его состоянию, медлить с отправкой в госпиталь было нельзя».

Лётчика доставили в ближайшую воинскую санчасть, которая располагалась в десяти километрах к западу от озера Шлино в деревне Овинчище, а оттуда самолетом «У-2» в госпиталь. Таково воспоминание очевидца.

Еще одно воспоминание А. П. Вихровой в 2005 году:
«Лётчик был совсем тощий. Его попарили в баньке, покормили бульоном, чтобы желудок к пище начал привыкать и уложили спать на печь. Утром следующего дня, дед Михайла пошел в Рабежу, где находился штаб нашей армии, рассказывать о том, что нашли нашего летчика».

Мы попытались выяснить, куда же ходил М. А. Вихров. Со слов старожилов деревни это Русские Новики.
Очень интересно Александра Петровна рассказывала о разговорах с летчиком: Алексей Петрович говорил, что когда его сбили, он стал тянуть самолет в сторону Черного леса, там не было ни наших войск, ни фашистов, отсюда достаточно просто можно было выбраться к своим. Когда увидел за деревьями лед первого лесного озера, решил садиться.

Двигатель уже не работал, самолет летел по инерции. Со слов Александры Петровны, Маресьев клял себя, что не рассчитал и рано выпустил шасси. Шасси погасили скорость планирования, и самолет нырнул в деревья. При падении, летчику раздробило обе ступни и голени. После этого, он 18 суток полз в сторону Плава или Рабежи. Он точно знал, что там нет немцев, и достаточно хорошо представлял себе направление и ориентиры. Александра Петровна говорила, что он несколько раз им повторял: когда часто над районом летаешь, то местность как карту читаешь. Приметы запоминаешь - это озеро такое-то, это просека туда-то.

За А. П. Маресьевым приехали вечером того дня, когда дед Михайла дошел до штаба нашей армии в Рабеже. Приехали за ним не однополчане, как говорится в книге, а особисты. Забрали его в кузов грузовика и увезли. Местным сказали, что это немец и шпион. Потом уже, после войны, Алексей Петрович рассказывал Вихровым, что от долгой проверки его выручил какой-то полковник авиации, который узнал его и помог сразу определить в госпиталь.


Где пролегает тропа Маресьева?

Для военных историков и краеведов представляет несомненный интерес где произошло падение самолета. Его поисками занимались и детские поисковые отряды, и различные экспедиции. Во многих литературно-публицистических и мемуарных произведениях о А. П. Маресьеве отмечается, что летчик принял воздушный бой в районе Старой Руссы. Этого не могло быть, потому что Старая Русса находится более чем в 100 километрах от места, где был спасен А. П. Маресьев. Это заблуждение легко объясняется тем, что в Старой Руссе был сосредоточен основной военный потенциал.

Трагический для А. П. Маресьева воздушный бой произошел в пределах Валдайского района. Здесь простираются глухие леса, многочисленные болота и озера. По причине полного бездорожья военные действия здесь велись ограниченно. Именно поэтому А. П. Маресьев за 18 дней не встретил ни единого человека. Путеводитель по озеру Селигер издания 1955 года даёт описание туристического похода к месту спасения А. П. Маресьева, но оговаривает, что установить точку падения самолета не представляется возможным.

Таким образом, доступным оказывается лишь конечный участок тропы Маресьева от деревни Плав до места его обнаружения. В 1955 году отыскать эту точку можно было только по зарубкам на деревьях. На трёх елях была вырезана надпись «Здесь нашли Маресьева» и пятиконечная звезда Героя.

Мы выяснили, что в среде самодеятельных историков-поисковиков неоднократно высказывались идеи об организации экспедиции к месту падения самолета и, возможно, поднятия его из болота. Однако все попытки достигнуть этой точки, даже с использованием транспорта высокой проходимости, успеха не имели.

К 60-летию Победы активисты движения «Молодежное Единство» из Тверской области предприняли акцию по обустройству места спасения Маресьева. Газеты сообщали: 5 мая активисты «Молодежного Единства» побывали на месте падения самолета А. Маресьева, чтобы привести площадку в порядок. На самом деле обустроено было место спасения А. П. Маресьева вблизи деревни Плав.

В 2006 году группа школьников ГОУ СОШ № 89 г. Москвы приняла участие в акции, посвященной 90-летию со дня рождения легендарного летчика. Учащимся не удалось обнаружить место падения самолета.

Еще одну экспедицию «Линия фронта - 2007» мы смогли обнаружить, уже находясь в деревне Плав. С помощью Н. С. Журина, жителя местной деревни и участника экспедиции мы связались с С. В. Барановым, руководителем данной экспедиции. От её участников мы узнали, что они точно определили место падения четырех самолетов. С. В. Баранов высказал предположение, что самолет А. П. Маресьева скорее всего упал на болото Лютицкое, но чтобы найти его необходимо не менее тридцати человек с металлоискателями.

Не менее интересны его мысли о том, сколько километров мог ползти А. П. Маресьев: «Знаете, прошлой зимой, когда мы ходили на лыжах от Плава до Лютицкого, я понял, что ползти 17-18 суток по такому снегу можно километров 5-6. Я не шучу. Глубина снежного покрова в этом году была около метра, местами даже больше. Температура стабильная, оттепелей не было, и снег был не слежавшийся, а рыхлый как песок. Так вот, когда кто-то из нас падал, потеряв лыжу, то встать на месте было не возможно. Не было точки опоры.

Нужно было подползать к дереву и вставать, хватаясь за ствол. И вот мы - здоровые мужики, не голодные и не раненые, обратили внимание, что при отсутствии опоры (оттолкнуться не от чего), приходиться перекатываться и на преодоление расстояния в 10 метров уходили минуты! Порой до 4-5 минут. В ситуации с А. П. Маресьевым, все отталкиваются от того, сколько суток он полз. Время впечатляющее, и, кажется, что от самолета до места, где нашли летчика, должны быть десятки километров. Так вот теперь я понимаю, что не обязательно. Жаль, мы не знаем про клюкву. В книге есть момент, а правда это или нет - неизвестно. Если действительно ел, тогда его путь пролегал по зеркалу болота Лютицкое. Больше там клюквы нигде нет. И это топографически похоже на правду».

Нас заинтересовало это предположение, и мы нашли ответ на данный вопрос: «Когда силы мои почти иссякли, я стал перекатываться со спины на живот и снова на спину; когда кончились кое-какие пищевые запасы, питался весенней клюквой, нередко мхом». Исходя из собранного нами материала можно с определенной уверенностью сделать вывод, что место падения самолета находится километрах в 6 от места, где был обнаружен А. П. Маресьев.


Маресьевский камень

Местные следопыты установили каменную плиту и мемориальную доску с надписью: «На этом месте после многодневной борьбы за жизнь был найден советский летчик Алексей Маресьев». Но вместо апреля 1942 года ошибочно указали другую дату - февраль.

В преддверии 65-летия Победы местной администрацией, рядом с памятным камнем в лесу, была установлена бронзовая доска, но фамилию летчика на ней написали с ошибкой - Мересьев.

Мы обратились с предложением к Администрации города и в одно из предприятий города о новом памятном знаке для героя. УФПУИК - 4 согласился сделать указатели к памятному месту, не возражал и против новой доски, но, правда, из дерева - другого материала нет. Мы выяснили, что участники внедорожной экспедиции «Линия фронта- 2011» собираются делать обелиск на месте падения найденного ими самолета. Мы обратились к ним со своей проблемой - новый обелиск герою и получили согласие. Мы надеемся, что уже этой весной на месте будет стоять новый знак и уже без ошибок.


Война



В мае А. П. Маресьева перевезли в Москву, в госпиталь. Врачи вынуждены были ампутировать ему обе ноги в области голени из-за гангрены. Летчик заново учился ходить, уже на протезах. Мы выяснили, что в госпитале (Бабушкинский переулок, город Москва) лётчика оперировал Н. Н. Теребницкий. Когда он узнал о желании летчика летать, сказал: «Мое дело - тебя отремонтировать, а уж как там у вас получится, не знаю. Я за то, чтобы желание твое исполнилось».

Толчком к возвращению Маресьева в строй послужила история про русского летчика 1 мировой войны Прокофьева-Северского, который потерял правую ногу, но, несмотря на это, вернулся в небо. В госпитале А. П. Маресьев начал тренироваться, готовясь к тому, чтобы летать с протезами.
После госпиталя в сентябре 1942 года направлен в реабилитационный центр, в подмосковную деревню Судаково. Там он действительно, как описывает Б. Полевой, учился танцевать. В начале 1943 года прошёл медкомиссию и был направлен в Ибресинскую лётную школу (Чувашская АССР).

«Когда после госпиталя, вспоминал А. П. Маресьев, в моей медицинской карте написали, что годен во все рода авиации, я чувствовал себя на вершине счастья».
В феврале 1943 года совершил первый после ранения пробный вылет. Добился отправки на фронт. В июне 1943 года прибыл в 63-й гвардейский истребительный авиаполк. Командир полка не отпускал Маресьева на боевые задания - обстановка в небе накануне Курской битвы была крайне напряжённой, разрешали только подниматься над аэродромом в примерное время возвращения наших самолетов - для прикрытия их посадки.

А. П. Маресьев вспоминает: «Наш полк стал гвардейским, нам вручали знаки, и меня в общую шеренгу поставили. Я не участвовал ни в одном бою, а потому мне неудобно было получать гвардейский знак. Я вышел из строя и обратился к комполка - прошу отправить меня в бой, надоело летать над аэродромом. Комполка на мою резкость сказал только одно - встать в строй». Ему посочувствовал командир эскадрильи А. М. Числов и взял с собой в пару на боевой вылет. А. П. Маресьев: «Мне сопутствовала удача. Я завалил Ме-109, причем прямо на глазах комсэка. Доверие после этого ко мне возросло. Словом, Александр Числов - мой крестный отец».

20 июля 1943 года А. П. Маресьев во время воздушного боя с превосходящими силами противника спас жизни 2 советских лётчиков и сбил сразу два вражеских истребителя Fw.190. Был назначен командиром звена и заместителем командира эскадрильи. Боевая слава о Маресьеве разнеслась по всей 15-й Воздушной армии. Газета Брянского фронта «Разгром врага» в августе 1943 года опубликовала очерк о нем, но без упоминания, что летчик воюет без ног.

После завершения Курской битвы А. П. Маресьев был направлен на лечение в санаторий Востриково, один из лучших санаториев ВВС. Здесь, 24 августа 1943 года, и застал его Указ о присвоении звания Героя Советского Союза. Представляя героя к награде, командир полка Н. Иванов писал: «Истинный русский патриот, он, не жалея жизни и крови, сражается против немецко-фашистских захватчиков и, несмотря на серьезный физический недостаток, добивается в воздушных боях отличных успехов».

В 1944 году А. П. Маресьев согласился с предложением стать инспектором-лётчиком и перейти из боевого полка в управление Вузов ВВС. Всего за время войны совершил 86 боевых вылетов, сбил 11 самолётов врага: четыре до ранения и семь - после ранения.



После войны



С 1946 года Алексей Петрович Маресьев в отставке. В послевоенное время, отчасти благодаря хрестоматийной «Повести о настоящем человеке» Бориса Полевого, был очень известен, приглашался на многие празднования. Часто организовывались встречи со школьниками, пример подвига А. П. Маресьева широко использовался для воспитания молодого поколения. Работал в Российском комитете ветеранов войны.

Кончина Алексея Петровича Маресьева

18 мая 2001 года в Театре Российской армии намечался торжественный вечер по случаю 85-летия А. П. Маресьева, но буквально за час до начала концерта у Алексея Петровича случился инфаркт, после которого он скончался. Торжественный вечер состоялся, но начался он с минуты молчания.

О. М. Вихрова: «С апрельских дней 1942 года мне так и не пришлось увидеться с Алексеем Петровичем. Была возможность встретиться с ним в Москве, куда он пригласил меня на свое 85-летие. Я была тогда в театре и так ждала этой встречи. Но кто бы мог подумать, что все обернется по-другому, что праздничная церемония, после того, как нам объявили о кончине, превратится в траурную. В зале было общее оцепенение, многие выходили потом на сцену, где стоял самолет с цифрой «85» на борту, и возлагали на него цветы. Сделала это и я, сказав только два слова: «Прощай, Алеша».



Алексей Петрович Маресьев похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.


[источник]http://www.pomnivoinu.ru/home/reports/1878/
Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность
Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность
Повесть о настоящем человеке. Вымысел и реальность



Subscribe
promo logik_logik march 15, 2020 17:37 270
Buy for 20 tokens
Всем день добрый! Мне надоел бездушный, душный ГОРОД. Мне давит грудь тройной стеклопакет. Уехать бы с палаткой на природу, но чтоб санузел был и ИНТЕРНЕТ.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments